Вопрос о возможности заключения договора дарения между юридическими лицами, если одно из них - резидент, а другое - нерезидент

Ответ на подобный вопрос давала юрист Л. Зуйкова в газете "эж-ЮРИСТ" (№26, июнь 2003 года). Эта статья также содержится в справочной правовой системе "Гарант" и на сайте www.akdi.ru

Привожу полный текст ответа.

Действительно, в гражданском законодательстве России содержится прямой запрет дарения в отношениях между коммерческими организациями (п.4 ст.575 ГК РФ). Сделка, несущая в себе признаки дарения, если ее участниками выступают коммерческие организации, недействительна с момента ее совершения в силу ст.167 и 168 ГК РФ.

Вместе с тем принцип автономии воли (закрепленный в ст.1210 ГК РФ) позволяет сторонам внешнеэкономической сделки самостоятельно выбирать применимое к их договору право, даже если это право не имеет непосредственной связи со сторонами или договором (право "третьей" страны). При этом значительное число государств (США, Канада, Аргентина, Франция) имеет нормы, непосредственно направленные против обхода закона в международном частном праве. Однако в большинстве законодательств отсутствуют указания на последствия действий, направленных на создание искусственных коллизионных привязок в целях обхода закона (см.: Лунц Л.А. Курс международного частного права: в трех томах. М., 2002, с.292).

Хотя в ГК РФ нет нормы, прямо запрещающей или ограничивающей возможность обхода закона, это не означает, что свобода сторон выбирать применимое право безгранична. В частности, ограничения принципа автономии воли касаются формы сделки (ст.1209 ГК РФ), прав третьих лиц, права которых не должны нарушаться выбором права (п.1 ст.1210 ГК РФ), а также в случаях, когда применимое право устанавливается императивной коллизионной нормой (например, ст.1212, 1213, 1217 ГК РФ).

Кроме того, при реальной связи договора только с одной страной выбор права другой страны не может затрагивать действия императивных норм права страны, с которой договор реально связан (п.5 ст.1210 ГК РФ). Несмотря на то что критерии "реальной связи отношения лишь с одной страной" в законодательстве не определены, а в арбитражно-судебной практике еще не выработаны, существует определенный риск неприменения судами оговорки о применимом праве на том основании, что она явно направлена на обход закона.

Это также вытекает из правил ст.1192 ГК РФ, регулирующих применение так называемых сверхимперативных норм. По этой теме в последнее время было немало публикаций, заслуживающих пристального внимания специалистов (см., например: Садиков О.Н. Императивные нормы в международном частном праве//Московский журнал международного частного права. 1992, N 2, с.82; Бардина М.О праве, применимом к договорным обязательствам в странах ЕС. // Хозяйство и право. N 4. 1997; Звеков В.П. Международное частное право. М., 1999, с.143-150; Zhiltsov A.N. Mandatory and public policy rulesаin international commercial arbitration. The Netherlands International Law Review. 1995, p.81. Жильцов А.Н., Муранов А.И. Национальные кодификации в современном международном частном праве. Тенденции и противоречия в его развитии на пороге третьего тысячелетия. Международное частное право: иностранное законодательство. М.: Статут, 2001, с.37).

К сожалению, недостаток информации не позволяет однозначно оценить ситуацию, изложенную в вопросе. Судебная практика по такого рода делам также еще не сформировалась. Но с учетом вышеизложенного можно сделать ряд обоснованных предположений относительно возможных вариантов решения вопроса. Императивный характер нормы п.4 ст.575 ГК РФ о запрете дарения в отношениях между коммерческими организациями ограничен сферой действия внутреннего гражданского права РФ, поскольку она не обладает необходимыми признаками сверхимперативной нормы. Следовательно, отсутствуют и какие-либо основания к применению ст.1192 ГК РФ. Между тем если передаваемое в дар имущество относится к недвижимому, то в силу ст.1213 ГК РФ на него распространяется принцип "права страны нахождения" и, в частности, право РФ, если такое имущество расположено на территории России. А значит, подобная сделка будет признана ничтожной на основании п.4 ст.575 ГК РФ. Таким образом, сторонам при заключении подобного договора следует тщательно взвесить возможные правовые последствия, связанные с риском признания его недействительным, и стараться избегать заключения безвозмездных сделок в коммерческом обороте, связанном с осуществлением предпринимательской деятельности.