Сомнительное использование подчиненного в роли свидетеля - искажение действительности?

КС РФ напомнил, в каком случае могут учитываться свидетельские показания полицейских об обстоятельствах, ставших им известными от подозреваемых и обвиняемых.

Комментируя определение, эксперты указали на невнятность позиции КС РФ. Один из них отметил остроту рассматриваемой проблемы. По его мнению, решить ее можно было бы, запретив допрашивать не только адвокатов, но и правоохранителей по обстоятельствам дела, в котором они принимали участие.

Конституционный Суд отказался принять к рассмотрению жалобу на неконституционность положений ч. 3 ст. 56 «Свидетель» УПК РФ в той мере, в какой она позволяет суду допрашивать сотрудников правоохранительных органов о содержании показаний лица, давшего их в отсутствие защитника и не подтвердившего их в суде.

Поводом для обращения послужило то, что в обвинительном приговоре в отношении заявителя, оставленном без изменения вышестоящими судебными инстанциями, имеются ссылки на показания сотрудников полиции. Они были допрошены в качестве свидетелей об обстоятельствах задержания лица, сообщившего о совершенных преступлениях, уголовное дело в отношении которого было прекращено в связи со смертью.

Отказывая в принятии жалобы, КС РФ указал, что хотя ч. 3 ст. 56 УПК РФ не запрещает допрос сотрудников правоохранительных органов в качестве свидетелей по уголовному делу, их показания подлежат проверке и оценке по общим правилам доказывания, установленным ст. 17, 75, 87 и 88 УПК РФ, с точки зрения их относимости и допустимости. В том числе это касается и соблюдения п. 2 ч. 2 ст.75 Кодекса, согласно которому к недопустимым доказательствам относятся показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности.

Суд также напомнил, что согласно требованиям УПК РФ совокупность доказательств должна быть достаточной для разрешения уголовного дела, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств, а в силу ст. 49 Конституции РФ неустранимые сомнения в виновности лица, возникающие при оценке доказательств, должны истолковываться в пользу обвиняемого.

Комментируя определение Конституционного Суда, адвокат Центральной коллегии адвокатов г. Владимира Максим Никонов отметил, что в данном случае КС РФ невнятно высказался о том, вправе ли суд допрашивать сотрудников правоохранительных органов о содержании показаний лица, давшего их в отсутствие защитника и не подтвердившего их в суде.

По словам эксперта, более четкая позиция по тому же вопросу изложена в Определении от 6 февраля 2004 г. № 44-О. Там сказано, что анализируемые КС РФ нормы уголовно-процессуального законодательства «не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя и следователя о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде, относятся к недопустимым. Тем самым закон, исходя из предписания ст. 50 (ч. 2) Конституции РФ, исключает возможность любого, прямого или опосредованного, использования содержащихся в них сведений».

Старший партнер АБ «ЗКС» Андрей Гривцов пояснил «АГ», что проблема создания стороной обвинения дополнительных искусственных доказательств путем допросов оперативников и следователей об обстоятельствах, которые им стали известны от подозреваемых, действительно существует. «На практике она стоит весьма остро. С подобной попыткой восполнить доказательственную базу мне в процессе защиты по уголовным делам доводилось сталкиваться неоднократно», – сообщил он.

Эксперт отметил, что проблема четко обозначена в жалобе: в качестве доказательств были положены в основу приговора показания сотрудников правоохранительных органов, которые беседовали с другим подозреваемым и дали показания о результатах беседы. «С точки зрения теории уголовного процесса такие доказательства должны быть признаны недопустимыми. Однако мы видим, что это не происходит. Конституционный Суд от решения проблемной ситуации устранился, что он делает с завидным постоянством», – добавил Андрей Гривцов.

По его мнению, в данном случае решением проблемы могло бы стать внесение изменений в УПК РФ, согласно которым было бы запрещено допрашивать не только адвокатов, но и оперативников, дознавателей, следователей и прокуроров по обстоятельствам, ставшим им известными в связи с участием в деле. «В настоящее же время складывается парадоксальная ситуация: сторона обвинения устраняет допущенные нарушения или восполняет отсутствующие доказательства через допросы своих же представителей, заведомо заинтересованных в обвинительном исходе дела»,

Иван, какая именно должность у "подчиненного"? Помощник следователя?