Спор о наследстве Матвея Мокина - завещания Елене Ежовой и Зое Заречной вызывают непризнание

В 2009 г. Матвей Мокин составил завещание, согласно которому все имущество, состоящее из приватизированной однокомнатной квартиры и жилого рубленного дома в пригороде, оставлял жившей отдельно от него внучке Елене Ежовой, 30 лет, родители которой погибли в авиационной катастрофе. При этом он обязывал ее предоставить Зое Заречной, 60 лет, двоюродной сестре завещателя, жившей в доме завещателя, право пожизненного пользования им. В 2010 г. Матвей Мокин составил второе завещание, согласно которому оставлял однокомнатную квартиру своей младшей незамужней дочери Ирине Мокиной, 40 лет, жившей вместе со своей матерью — разведенной супругой завещателя. Ирина Мокина постоянно навещала отца, а когда тот заболел воспалением легких, ухаживала за ним. Оба завещания, как в пользу Елены Ежовой, так и в пользу Ирины Мокиной, были удостоверены нотариусом. В 2012 г. Матвей Мокин был помещен в больницу, где врачи обнаружили у него рак пищевода. Зоя Заречная, узнав об этом, приехала в город, остановилась на квартире Матвея Мокина и ежедневно навещала его в больнице. В одно из таких посещений она попросила Матвея Мокина завещать ей рубленный дом, так как не была уверена, что Елена Ежова выполнит последнюю волю завещателя и не выселит ее из дома. Поддавшись уговорам Зои Заречной, Матвей Мокин составил третье завещание, согласно которому рубленный дом в пригороде оставлял своей двоюродной сестре. Завещание удостоверил заведующий отделением больницы. После смерти Матвея Мокина между его наследницами возник спор. Ирина Мокина и Зоя Заречная не признавали завещание в пользу Елены Ежовой, а последняя не признавала завещание в пользу Зои Заречной.