![](https://u.9111s.ru/uploads/202404/07/60x60/64516cf619a20ab12e0607c3ab05cf10.jpg)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202404/07/60x60/64516cf619a20ab12e0607c3ab05cf10.jpg)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202408/18/60x60/e1242914ace4aafecc4f9a63676c7e3d.jpg)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202404/18/60x60/262eabfc90a609ab03597024513fc0d6.png)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202404/07/60x60/64516cf619a20ab12e0607c3ab05cf10.jpg)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202402/07/60x60/5f092a56b7211325bf40fce9f5132ea3.png)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202311/20/60x60/07a4b93aa717f79c932095c9d5d09dad.jpg)
![](https://u2.9111s.ru/uploads/202308/21/60x60/7c628ddc78d0193b806ea0d5d43df375.jpg)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202404/07/60x60/64516cf619a20ab12e0607c3ab05cf10.jpg)
![](https://u.9111s.ru/uploads/202304/10/60x60/266b900d9c7f4f080d72998a205a4487.jpg)
![](https://u2.9111s.ru/uploads/202408/29/60x60/0d2dc3eab47dd62af4596acf514c89c4.jpg)
![](https://u2.9111s.ru/uploads/202408/29/60x60/ab2d5263782489989b743ea5a186a928.png)
![](https://u.9111s.ru/img/avatars/60x60/Б.png)
Отец моей подруги работал патологоанатомом. Для учеников четвёртого класса эта непроизносимая профессия звучала таинственно. Однако сестра моей одноклассницы, которая была чуть старше нас, коварно всем невеждам поясняла: «Наш папа работает в морге». Что это такое, мы уже знали, и нам делалось одновременно и жутко и любопытно.
Как-то раз мы собрались с подругой покататься с горки на лыжах. Городок, в котором мы жили, был небольшой, и родители спокойно нас отпускали на городскую горку. Я зашла за ней: пока она обувалась, её мама вышла в прихожую с небольшим свёртком. «Занеси это папе на работу, вам по дороге», – попросила она. Моё сердце тревожно забилось. «На какую это работу, в морг, что ли?» – подумала я. У меня была репутация смелой девочки, поэтому я даже не отважилась уточнить, верна ли моя догадка.
По дороге моя подруга весело щебетала, то и дело смеялась, но я её практически не слышала: все мои мысли были заняты одним желанием – развернуться и со всех ног бежать домой, но такого позорного бегства я себе позволить не могла, поэтому старалась придать себе спокойный и независимый вид.
Наконец дошли. На секунду мелькнула мысль, а не подождать ли на улице, но я отшвырнула эту малодушную идею и отважно шагнула вслед за одноклассницей, слабо пытаясь себя утешить тем, что вот она же не боится.
Мы прошли в кабинет. Мне стало легче, кабинет был нестрашный. Правда, запах был какой-то чересчур лекарственный, и череп на письменном столе заставил меня вздрогнуть (я тогда решила, что он настоящий).
Моя подружка энергично забегала по кабинету, сняла верхнюю одежду, схватила открытую коробку с ёлочными игрушками и метнулась к небольшой ёлочке возле шкафа. А я как села на краешек стула, сложив руки на коленях, так и застыла. Осанка была у меня, конечно, идеальная. Я была, как воздушный шарик, который ни до чего не дотрагивается, только до краешка стула.
И тут вошёл папа одноклассницы. Из другой двери. Не из коридора, как мы. Она радостно ему сообщила: «Мы с Наташей сейчас украсим тебе ёлочку, а потом пойдём на горку». Я даже онемела от такого предложения, хорошо, что хоть поздороваться успела. Но папа, заметив моё состояние, отправил нас на горку немедленно, сказав, что ёлочку он украсит сам. Я до сих пор благодарна этому человеку за чуткость. Кстати, он нравился всему классу – всегда вежливый, дружелюбный и заботливый.
Когда дверь за нами закрылась, я увидела, что солнце по-прежнему светит, снег искрится, а впереди нас ждут радость и веселье.