Возникший конфликт после ДТП с участием полицейского экипажа и мотоцикла IRBIS TTR-250

Я, Сухарьков Максим Владимирович, 18 апреля 2016 года, около 23:30 возвращался со спорт инвентарём IRBIS TTR-250 из лесополосы, со стороны деревни Сельцо. Максимально приблизившись к дорогам общего пользования, а именно улица пролетарская в районе парка «надречный», спустился с мотоинвентаря по причине его непредназначенности на дорогах общего пользования, и стал вести его руками, не используя тяги двигателя, установленного на IRBIS TTR-250. Но поскольку время суток было тёмное, а освещение улиц было не удовлетворительно, катя мотоинвентарь я был вынужден использовать головное освещение-«фару», установленную на мотоинвентаре в избежании оказаться неувиденным на обочине и пешеходной дорожке, предостерегаясь от ДТП. В этот момент IRBIS TTR-250 находился в положении выключенной передачи, на нейтральной, с заглушенным мотором для поддержания освещения фары ключ был повёрнут в положении, позволяющее ею светить. Катя мотоцикл я находился с лева от него, где нет педали тормоза, поскольку она находится на правой стороне, в какой то момент я одной ногой встал на подножку мотоинвентаря и стал отталкиваться другой ногой от мокрого дорожного покрытия «катил накатом». В районе магазина «КБО и Отделения милиции» я отвернулся чтобы поздороваться с мимо идущими друзьями, внезапно с парковки отделения милиции задом выехала машина полицейского экипажа на проезжую часть, после чего включила проблесковый маячок, установленный на ней. В результате чего я вкатывался прямо в машину экипажа полиции, чтобы не допустить столкновения с экипажем и 120 ти киллограммовым мотоинвентарём, я принял решение повернуть руль направо, в сторону свободной парковки отдела и перебросить ногу через сиденье, и нажать оба тормоза «передний на рулевом управлении и задний-справа на моторе». В этот момент сотрудники начали движение полицейской машины, обратно в сторону парковки, провоцируя удар на себя. В результате этих действий я принял решение положить мотоинвентарь на правый бок, да и к тому же сырой асфальт заставлял скользить по нему. Избежав столкновения, но сильно пострадав, я поднялся и увидел двух сотрудников-Колпакова и Конькова, который вышел из-за руля. Они стали меня обвинять в том, что я на мотоинвентаре ехал, а не вёл его, или же катил. Смутно помню, что сотрудники просили меня подписать какие то документы, в которых было сказано что я ехал, нарушая правила эксплуатации мотоинвентаря по дорогам общего пользования, чего небыло в действительности. Из-за удара об асфальт и мототехнику, упавшую на меня, и волнения, голова кружилась, тошнило, болели различные части тела «имелись признаки повреждения головного мозга». Вскоре я внезапно почувствовал позывы к рвоте и поспешил отойти в кусты в темноту. Когда вернулся обратно к месту падения, где стоял мотоинвентарь там уже никого не было, как и небыло ключей от мототехники. После чего я поспешил за первой помощью, оставив мотоинвентарь. Естественно протокола я не подписывал.