Незаконное преследование и судебный процесс в случае осуждения мужа по ст. 228.1 ч. 4 и ст. 33 ч. 3, п. г на 8 лет лишения свободы без организации и пересылки вещей

Мужа осудили по статья 228.1 часть 4, и статья 33 часть 3 п. г к 8 годам л. с. Он, поехав на работу, забыл пакет с курткой дома, в пакете была бутылка с гарлодером, в которую он положил гашишное масло для личных целей. Узнав, что на работу едет его знакомый, он попросил его привести ему куртку. Тот согласился. Я же не зная, что находится в этой бутылке с горлодером, положила ее опять же в пакет, хотя муж просил отправить только вещи. В поезде знакомого, который тоже ничего не знал, останавливает полиция, проверяет содержимое и обнаруживает это масло. Муж сразу бросил работу, приехал в это отделение полиции, сказал, что это его, но, он просил отправить только вещи. Сотрудничал со следствием. По делу идет один. Все обвинение строится на первых показаниях сына, увозившего пакет коллеге по работе, который сказал, что он знал, что в пакете есть бутылка с гарлодером (сын видел, что я ее ложила в пакет), а в показаниях записали, что как будто отец знал, что эта бутылка едет. Объясните, в чем здесь усматривается организация и пересылка, когда никто, кроме самого мужа, который и не просил отправлять ему эту бутылку, не знал, что там находится. К тому же было много нарушений со стороны следствия и подделка подписей понятых, и даже тот факт, что обвинительное заключение мужу на руки выдали без единой подписи прокурора и следователя. И на все жалобы мужа все надзорные органы отвечают, что нарушений нет. Вопрос: могли ли судить мужа, когда обвинительное заключение не было никем подписано?