Вопрос-разрешит ли отдел опеки на такой вариант, п о скольку получается мы ухудшаем его жилищное условие?

Полагаю, Римма, у Вас не должно быть проблем. Основания:

ЮРИДИЧЕСКАЯ СПРАВКА

к вопросу о защите имущественных прав ребёнка

I. Общие положения.

Статья 38 Конституции РФ закрепляет принцип охраны и защиты семьи, материнства и детства. Охрана детства включает, наряду с иным, защиту и охрану имущественных прав и интересов детей.

Согласно части 2 статьи 35 Конституции РФ, каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами. Никаких исключений на этот счет в отношении несовершеннолетних Конституция РФ не делает. Не делает таких исключений и статья 213 Гражданский кодекс РФ, посвященная праву собственности граждан (и юридических лиц) и, следовательно, несовершеннолетние могут приобретать право собственности на общих основаниях. К наследникам по закону первой очереди относятся дети, в том числе не достигшие 18 лет. Мало того, несовершеннолетние имеют обязательную долю в наследстве, что позволяет эффективно защищать их наследственные права. Но, говоря о правах ребенка имущественного характера, Гражданский кодекс не подчеркивает, что он является самостоятельным субъектом лишь ему принадлежащих имущественных прав. Это делает Семейный кодекс РФ, предусматривающий право его собственности на полученные им доходы; имущество, полученное им в дар либо в порядке наследования (пункт 3 статьи 60 Семейного кодекса РФ). Тем самым обеспечивается не только личная независимость ребенка, но и имущественная самостоятельность в сфере семейных правоотношений.

В качестве еще одного своеобразного основания возникновения имущественных прав ребенка в семье служит пункт 5 статьи 38 Семейного кодекса РФ, посвященный разделу имущества супругов. Здесь говорится о том, что вещи, приобретенные супругами - родителями исключительно для удовлетворения потребностей несовершеннолетних детей (одежда, обувь, школьные и спортивные принадлежности, музыкальные инструменты, детская библиотека и т.д.), разделу не подлежат и передаются без компенсации тому, с кем проживают дети. Таким образом, налицо право ребенка на перечисленные вещи, собственником которых он по существу является, хотя они приобретались его родителями. Аналогичный вывод можно сделать относительно вкладов, внесенных супругами за счет своего общего имущества на имя их общих несовершеннолетних детей. Эти вклады безотносительно к тому, кто из родителей их вносил и в каком размере, не учитываются при разделе имущества. Обладателем права собственности и здесь становится ребенок.

Пункт 3 статьи 60 Семейного кодекса РФ предусматривает также право собственности ребенка на любое другое имущество, приобретенное на его средства. Данная новелла производна не только от предусмотренного статьёй 173 Кодекса законов о труде РФ на работу лиц с 15-летнего, а в исключительных случаях с 14-летнего возраста. Семейный кодекс РФ особо подчеркивает самостоятельность имущественных прав несовершеннолетнего. Правда, распоряжаются его средствами родители или заменяющие их лица в соответствии с требованиями статей 26, 28 Гражданского кодекса РФ. Аналогично положение дел с управлением имуществом несовершеннолетнего, осуществляемым его родителями (статья 37 Гражданского кодекса РФ). От этого суть дела не меняется. Ребенок по семейному законодательству остается обладателем не только личных, но и имущественных прав. При этом права материального характера тоже не существуют изолированно. Распоряжение ими, степень участия ребенка, особенно подростка, в семейных расходах, приобретении общего для всех членов семьи имущества в значительной мере зависит от семейной педагогики и воспитания.

Ссылка в Семейном кодексе на право собственности, обладателем которого может быть и несовершеннолетний, несомненно, обогащает содержание статьи 60 Семейного кодекса, посвященной имущественным правам ребенка. Но связывать их напрямую с правом на надлежащее воспитание все-таки трудно. Так можно прийти к формуле: чем богаче семьи и родители, тем лучше обеспечивается право несовершеннолетнего на надлежащее воспитание, тогда как между степенью материальной обеспеченности и условиями семейного воспитания прямой зависимости нет. Не случайно в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. "О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей" подчеркивается, что само по себе "преимущество в материально - бытовом положении одного из родителей не является безусловным основанием для удовлетворения требований этого родителя".

Особое место среди положений Семейного кодекса, посвященных имущественным правам ребенка, занимают правила, где проводится граница между его имуществом и имуществом родителей. Пункт 4 статьи 60 Семейного кодекса устанавливает ее следующим образом: "Ребенок не имеет права собственности на имущество родителей, родители не имеют права собственности на имущество ребенка". Надо полагать, что такое правило по своей сути антипедагогично, но строго выдержано с точки зрения права. Подобного рода парадоксы иногда неизбежны. Они смягчаются в пункте 4 статьи 60 Семейного кодекса, где сказано: "Дети и родители, проживающие совместно, могут владеть и пользоваться имуществом друг друга по взаимному согласию".

Согласно пункту 5 статьи 60 Семейного кодекса, в случае возникновения права общей собственности родителей и детей их права на владение, пользование и распоряжение общим имуществом определяются гражданским законодательством. В частности:

- Распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников (п. 1 ст. 246 ГК РФ).

- Участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 настоящего Кодекса (п. 2 ст. 246 ГК РФ).

- Владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом (п. 1 ст. 247 ГК РФ).

- Участник долевой собственности имеет право на предоставление в его владение и пользование части общего имущества, соразмерной его доле, а при невозможности этого вправе требовать от других участников, владеющих и пользующихся имуществом, приходящимся на его долю, соответствующей компенсации (п. 2 ст. 247 ГК РФ).

- Имущество, находящееся в долевой собственности, может быть разделено между ее участниками по соглашению между ними (п. 1 ст. 252 ГК РФ).

- Участник долевой собственности вправе требовать выдела своей доли из общего имущества (п. 2 ст. 252 ГК РФ).

- При недостижении участниками долевой собственности соглашения о способе и условиях раздела общего имущества или выдела доли одного из них участник долевой собственности вправе в судебном порядке требовать выдела в натуре своей доли из общего имущества.

Если выдел доли в натуре не допускается законом или невозможен без несоразмерного ущерба имуществу, находящемуся в общей собственности, выделяющийся собственник имеет право на выплату ему стоимости его доли другими участниками долевой собственности (п. 3 ст. 252 ГК РФ).

- Несоразмерность имущества, выделяемого в натуре участнику долевой собственности на основании настоящей статьи, его доле в праве собственности устраняется выплатой соответствующей денежной суммы или иной компенсацией.

Выплата участнику долевой собственности остальными собственниками компенсации вместо выдела его доли в натуре допускается с его согласия. В случаях, когда доля собственника незначительна, не может быть реально выделена и он не имеет существенного интереса в использовании общего имущества, суд может и при отсутствии согласия этого собственника обязать остальных участников долевой собственности выплатить ему компенсацию (п. 4 ст. 252 ГК РФ).

- С получением компенсации в соответствии с настоящей статьей собственник утрачивает право на долю в общем имуществе (п. 8 ст. 252 ГК РФ).

Таким образом, семейное законодательство уделяет имущественным правам ребенка в семье минимум внимания, посвящая им всего лишь одну, но развернутую статью. А Конвенция ООН "О правах ребенка" вообще ограничивается положениями об обязанностях родителей обеспечивать ребенка в пределах своих финансовых возможностей, никакого упоминания о его праве собственности в ней нет.

II. Защита жилищных прав ребёнка

Право каждого человека на жилище закреплено в статье 40 Конституции России с учетом положений международно-правовых актов (статьёй 25 Всеобщей декларации прав человека, статьёй 11 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В соответствии с нормами семейного и гражданского законодательства Российской Федерации несовершеннолетние являются особыми субъектами жилищных правоотношений.

Согласно пункту 2 статьи 54 Семейного кодекса, несовершеннолетний имеет право жить и воспитываться в семье и право на совместное проживание с родителями. Согласно пункту 2 статьи 20 Гражданского кодекса РФ, местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей, опекунов. Согласно пункту 1 статьи 20 Гражданского кодекса РФ, местом жительства гражданина признается место, где он постоянно или преимущественно проживает. Следовательно, место жительства несовершеннолетних определено самим законом, так как несовершеннолетний постоянно (преимущественно) проживает вместе со своими родителями (законными представителями).

В жилищных правоотношениях значение слова "проживает" вместе с законными представителями равнозначно значению слова "пользуется" жилым помещением законных представителей. Таким образом, каждый несовершеннолетний, реализуя свое право на совместное проживание с законными представителями, имеет право пользования жилым помещением законных представителей.

Законные представители могут воспользоваться своим правом свободного выбора места жительства - изменить город проживания, улучшить жилищные условия.

Сам ребенок тоже может быть собственником отдельного жилого помещения либо его сособственником. Но место жительства несовершеннолетнего до 14 лет "привязывается" к месту жительства его законных представителей. Признавая право несовершеннолетних постоянно проживать вместе с законными представителями, законодатель обеспечивает реализацию "наилучших интересов ребенка" (Конвенция о правах ребенка, одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989). Совместное проживание с законными представителями способствует, в том числе, более эффективной реализации личных и имущественных прав и интересов ребенка, их защите.

Согласно пункту 3 статьи 65 Семейного кодекса, место жительства детей при раздельном проживании родителей определяется соглашением родителей. При отсутствии такого соглашения спор между родителями разрешается судом исходя из интересов детей и с учетом их мнения.

Согласно пункту 1 статьи 55 Семейного кодекса, расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка. При наличии отмеченных обстоятельств, право несовершеннолетнего на совместное проживание с законными представителями не утрачивается, а видоизменяется. Постоянно проживать несовершеннолетний в указанных случаях может только с одним из законных представителей. Но нужно учитывать, что в соответствии с нормами семейного и гражданского права законными представителями несовершеннолетнего являются оба родителя, они равны в правах и обязанностях по отношению к своим детям (пункт 1 статьи 26, пункт 1 статьи 28 Гражданского кодекса РФ, пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса). Названные в пункте 1 статьи 55 Семейного кодекса обстоятельства не обрывают юридическую (а кровную - тем более) связь между ребенком и каждым из родителей. Ребенок вправе воспитываться обоими родителями, общаться с ними, совместно проживать с любым из них. Главное - чтобы это соответствовало интересам ребенка. И при раздельном проживании родителей ребенок сохраняет право пользования жилыми помещениями обоих родителей и, следовательно, в жилищных правоотношениях с участием несовершеннолетних вышеназванные нормы семейного и гражданского законодательства должны обязательно учитываться.

Согласно пункту 1 статьи 64 Семейного кодекса, защита прав и интересов детей возлагается на их родителей, но с условием, что между интересами родителей и несовершеннолетних детей нет противоречий. Органы опеки и попечительства контролируют, насколько при этом соблюдаются права (имущественные и жилищные в том числе) несовершеннолетних.

Контроль органов опеки и попечительства за сделками с жилыми помещениями, в которых проживают несовершеннолетние, является проявлением публичного интереса, "одной из внутренних социальных функций государства" по охране и защите прав несовершеннолетних и служит определенной гарантией соблюдения жилищных прав детей" .

Согласно пункту 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства. Полагаю, что в силу приоритетности защиты прав и интересов детей отмеченная деятельность органов опеки и попечительства необходима во всех случаях проживания детей в жилом помещении независимо от того, правом собственности или правом пользования жилым помещением они обладают. Иначе данная норма может быть интерпретирована так, что "отчуждение жилого помещения, в котором проживают дети, по общему правилу теперь согласия органов опеки и попечительства не требует". Но это противоречит пункту 2 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, который содержит императивное правило об обязательности предварительного разрешения органа опеки и попечительства "на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду, в безвозмездное пользование или в залог), сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного". Таким образом, получается, что эти две правовые нормы противоречат и даже исключают друг друга.

8 июня 2010 года Конституционный Суд РФ разрешил отмеченную выше правовую коллизию, провозгласив Постановление по делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Позиция Суда:

Материнство, семья и детство находятся под защитой государства. Вместе с этим забота о детях – это конституционная обязанность их родителей.

Однако в отношениях с родителями дети являются уязвимой стороной. Поэтому, в случае конфликта интересов между родителями и детьми, приоритет должен быть на стороне детей. И законодатель обязан устанавливать такой механизм правовой защиты прав несовершеннолетних, который не допускал бы их дискриминации и позволял восстанавливать их права в случаях нарушений.

Это подтверждается и решением Европейского Суда по правам человека, который указал, что коренные интересы ребенка могут иметь приоритет над аналогичными интересами родителей.

Достойная жизнь и свободное развитие ребенка невозможны без реализации его права на жилище.

Конституция закрепляет принцип презумпции добросовестного поведения родителей, т.е. такого общепринятого поведения, при котором права детей не нарушаются.

Именно поэтому при отчуждении жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, согласие органа опеки и попечительства, по общему правилу, не требуется. Обязательное согласие органов опеки на все сделки с недвижимостью означало бы тотальную проверку действий собственников жилья, в котором проживают дети. Очевидно, что внося изменения в пункт 4 статьи 292 ГК РФ, законодатель исходил из того, что столь широкое вмешательство государства в гражданско-правовой оборот, в реализацию имущественных прав и законных интересов собственников, равно как и в осуществление прав и обязанностей родителей по отношению к детям, неоправданно.

Поэтому пункт 4 статьи 292 ГК РФ в той его части, которая закрепляет правовые гарантии детей, оставшихся без попечения родителей, и детей, чьи родители исполняют свои обязанности надлежащим образом, не ущемляет права и интересы несовершеннолетних. Такое правовое регулирование направлено также на обеспечение гарантий прав собственника свободно распоряжаться принадлежащим ему жилым помещением в своих интересах и в интересах проживающих с ним несовершеннолетних детей.

Эта норма не противоречит и Конвенции о правах ребенка, согласно которой государства-участники признают и уважают права и обязанности родителей.

Однако нельзя исключать вероятность того, что собственник жилого помещения будет действовать недобросовестно по отношению к детям. Родители не вправе ухудшать необоснованно и несоразмерно жилищные условия проживающих с ними детей и, тем более, они не вправе лишать детей жилища. Поэтому законодатель был обязан установить такое регулирование, при котором права и законные интересы несовершеннолетних, нарушенные при отчуждении жилого помещения, в котором они проживают, подлежат судебной защите и восстановлению. И суд правомочен понудить родителя к восстановлению нарушенных прав ребенка.

Между тем, положение пункта 4 статьи 292 ГК РФ – как по буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, не обеспечивает реализацию возможностей такой защиты прав ребенка. Этой нормой закона не учитывается ситуация, когда на момент совершения сделки о продаже жилого помещения родительское попечение формально не прекращалось, но в силу тех или иных причин фактически не осуществлялось.

Такое регулирование не согласуется с требованиями Конституции РФ об обязанностях родителей и несоразмерно ограничивает гарантированные ею право на жилище и право на судебную защиту.

Поэтому Конституционный Суд постановил признать пункт 4 статьи 292 ГК РФ не противоречащим Конституции РФ, когда эта норма направлена на обеспечение гарантий прав несовершеннолетних, не находящихся на попечении родителей. А в отношении тех несовершеннолетних, которые формально находятся под опекой родителей, но жилищные права которых были нарушены, эта норма не соответствует Конституции РФ.

Адвокат Цехер Г.Я.