Документы пересылались из штаба в штаб, возвращались обратно, из-за того, что содержали какие то «ошибки».

Я гвардии подполковник Асатулин Марат Хамидович, командир 3 мотострелкового батальона 81 гвардейского мотострелкового полка 27 гвардейской мотострелковой дивизии 2 общевойсковой армии ПУрВО, призван на военную службу 1 августа 1992 года. В 1996 году окончил Камышинское высшее военное командно – инженерное строительное училище. С 1996 по 1998 г проходил службу на должности командира взвода, а с 1997 года - заместителя командира роты в военно-строительной части ПУрВО. После сокращения части для дальнейшего прохождения службы был направлен в 506 гвардейский мотострелковый полк 27 гвардейской мотострелковой дивизии 2 общевойсковой армии ПУрВО на должность заместителя командира мотострелковой роты. С сентября 1999 года по 30 апреля 2000 года на должности командира мотострелковой роты в составе 506 гвардейского мотострелкового полка принимал участие в боевых действиях на территории Чеченской республики. В октябре 1999 года был ранен, но от эвакуации отказался, остался в строю. В апреле 2000 года полк прибыл в пункт постоянной дислокации. В июне 2001 года я был направлен по замене на должность начальника штаба мотострелкового батальона 71 гвардейского мотострелкового полка 42 гвардейской мотострелковой дивизии СКВО, который дислоцируется на территории Чеченской Республики. В октябре 2003 года по замене был направлен в 81 гвардейский мотострелковый полк 27 гвардейской мотострелковой дивизии 2 общевойсковой армии ПУрВО на должность начальника штаба мотострелкового батальона. В октябре 2005 года был назначен командиром мотострелкового батальона 81 гвардейского мотострелкового полка 2 общевойсковой армии ПУрВО. В августе 2006 года военно-врачебной комиссией при самарском военно-медицинском институте был признан ограниченно годным к военной службе. После чего мной был подан рапорт по команде на увольнение с военной службы в запас по состоянию здоровья. Командование части этот рапорт игнорировало. В несекретном делопроизводстве, где регистрируются рапорта, его не оказалось. Об этом я узнал в октябре 2006 г., хотя до этого времени был уверен, что документы отправлены, и должен прийти приказ об увольнении. Повторный рапорт я подал по почте с уведомлением и описью, чтобы и он не затерялся и пообещал, что если мой рапорт не будет подписан в определенные законодательством сроки, я буду вынужден обратиться в военную прокуратуру. После этого мой рапорт был подписан командиром части. Через три месяца я был выведен за штат. Заместитель начальника штаба полка по кадрам мне пояснил, что рапорт отправлен по вышестоящим инстанциям и в ближайшее время будет подписан. Время шло. А приказа на увольнение не было. После этого я своими силами начал выяснять, где же находятся мои документы, и на какой стадии. Оказалось, что по указанию командира 27 гвардейской мотострелковой дивизии первый мой рапорт командир полка игнорировал. Естественно, он не был нигде зарегистрирован и проведен. Хотя рапорта должны регистрироваться в несекретном делопроизводстве части по мере их поступления и подаваться после этого на подпись командиру части. Служащие несекретного делопроизводства мне пояснили, командир части им запретил регистрировать рапорта по мере поступления, а регистрация рапортов производится после принятия решения командиром части. После того, как мой рапорт пришлось все же подписать. Командованием дивизии и части искусственно были созданы все условия для того, чтобы мои документы на увольнение не были подписаны командующим ПУрВО. Документы пересылались из штаба в штаб, возвращались обратно, из-за того, что содержали какие то «ошибки». В декабре 2007 года я прибыл к начальнику отделения кадров 2 общевойсковой армии ПУрВО и объяснил суть проблемы, на что он мне сообщил, что документы мои не подписаны командующим округа и возвращены, так как свидетельство о болезни, действительное в течении года, просрочено. Я ему рассказал, что произошло это не по моей вине, сообщил, что я готов повторно пройти военно-врачебную комиссию, и добиться своих прав через суд. После этого мне было предложено переписать свой рапорт. Дело в том, что в рапорте было написано, чтобы меня не исключали из списков части до предоставления мне жилья. Я отказался переписывать рапорт. Через три дня приказ о моем увольнении был подписан командующим округа! В выписке из приказа указано, что я обеспечен временным жильем в общежитии. Действительно же, на это жилье у меня даже ордера не было, я это жилье сдал, так как в однокомнатной квартире с постоянными перебоями жизнеобеспечения, с женой и ее тринадцатилетним братом (он сирота), на которого не оформить документов, проживая в таких условиях, так как опекунский совет проверяет, в каких условиях, и по каким нормам проживает ребенок, тем более, он инвалид с трехлетнего возраста, болен бронхиальной астмой. Понятно, что жить там не могу. Ознакомившись с представлениями на увольнение, подшитых в личном деле, не понял, почему первое представление оформлено с хорошей, а второе, написанное чуть позже с крайне отрицательной характеристикой. Это означает, что я за один день из нормального перспективного офицера, по росчерку пера превратился в идиота? Я считаю, что не заслужил такого обращения к себе. Насколько это законно и что делать? В августе 2006 года я признан ограниченно годным к военной службе, а командующий ПУрВО подписал приказ в декабре 2007 года. Это правомерно? Все это время, согласно действующему законодательству, я не мог устроиться на работу, пока не был уволен с ВС РФ. В части мне денежное довольствие не выплачивалось, так как я находился за штатом более трех месяцев, а решения по мне принято не было. Это нормально, правомерно ли? И наконец, исключен из списков части без предоставления жилья, это правомерно?