Оспаривание завещания Старовой Марии Филипповны, совершенного на постороннего человека, внуками и снохой

Суть дела - оспаривания последнего завещания Старовой Марии Филипповны, которое она написала на постороненего человека (вероятно соседку-пенсионерку). Старова Мария Филипповна 07.04.1921 г. р. являлась матерью Котова Михаила Петровича, умершего в Республике Казахстан. У него осталось жена, Котова Тамара Антоновна и четверо детей. Внуки её (Ирина, Наталья, Сергей, Дмитрий) проживают на постоянной основе в Республике Казахстан. Общение с бабушкой осуществляли в основном по телефону. Периодически внуки её посещали, во время приездов жили у неё. Долго жить у неё было нельзя, по причине сложного характера бабушки, которая не могла выдержать длительное время присутствие человека в своей квартире. Поэтому любые попытки со стороны её сына и её внуков жить у бабушки и присматривать за ней категорически отвергались бабушкой. Она говорила, что она сам в силах обиходить себя, что нужно принести ей приносит работник службы соц. обеспечения, на попечении которого она состояла как пенсионер и ветеран Труда. В 1997 году бабушка завещала свою квартиру жене своего умершего на тот момент сына, Котовой Тамаре Антоновне, а в случае её смерти - на внука Котова Сергея Михайловича. В 2009 годув Санкт-Петербург к бабушке, попавшей в больницу летала внучка, Котова Наталья Михайловна. Никах признаков того, что бабушка как-то по другому мыслит насчёт завещания или каких-то изменений в её характере на тот момент не было. После того, как её выписали из больницы, внучка улетела домой. После этого она ещё раз была в больнице, в том же году, но никто из внуков не прилетел. Узнали об этом они слишком поздно, её уже выписали. И в это время вероятно, было составлено завещание на соседку, которая её навещала в больнице. В последний раз Котов Дмитрий Михайлович жил у Старовой М.Ф. с октября 2010 года до конца января 2011 года. Никакого уведомления ни от неё ни от кого-либо о том, что она переписала уже к тому времени квартиру ни он ни другие внуки не получали. Периодические телефонные разговоры, естественно, не касались тем ы завещания и потому никто не знал о том, что она переписала квартиру на соседку. И Старова М.Ф. никак не выражала изменения своего отношения к внукам и к снохе, на которую написала завещание. Есть все основания полагать, что данное завещание было подписано уже не дееспособной (как минимум в физическом плане) Старовой М.Ф. И само завещание было выписано ею под психологическим давлением со стороны соседки (?), которая воспользовалась её беспомощным положением и вынудила под предлогом оказания помощи. На тот момент Старова М.Ф. состояла под присмотром работника Собеза, то есть фактически патронат над ней осуществляли социальные работники, а не соседка. Но за полгода до смерти, в мае 2015 года Старову М.Ф. вероятно вынуждают отказаться от помощи соц. работника, о чем имеется подтверждение в собезе Приморского района. И будучи фактически слепой, Старова М.Ф никак не могла прочитать тот текст завещания, который был подписан ею в новом завещании собственноручно. То есть можно сделать вывод о том, что она не отдавала отчет, что именно она подписывала. Таким образом Старова М.Ф. с того момента стала совсем отрезана от каких-либо контактов со стороны кого-либо. О том, что Старова в 2010 году переписала завещание на соседку, никто Сама она этого не сообщала. Второе завещание было составлено на дому и заверено тем же самым нотариусом, Остапенко Е.К. По словам помощницы нотариуса, ее заверили что родственников вообще не имеется. Последний разговор со Старовой М.Ф был по телефону приблизительно в конце августа. Она болела, ка кона говорил, но не больше чем обычно болеет старый человек в её возрасте по её же словам. Извещения от кого-либо о её смерти никто внукам и снохе, Котовой Тамаре Антоновне не присылал, никто не звонил. О её смерти внуки узнали окольными путями, через многочисленные неофициальные запросы.