Матерь троих малолетних детей борется со ЮниКредит Банком за право наследования автомобиля и спорит с банком о условиях кредитного договора.

19 ноября 2007 года между ЗАО «Международный Московский Банк» и Хамитовым Русланом Хусаиновичем был заключен кредитный договор, в соответствии с которым Банк предоставил автокредит на сумму 744 267 рублей, под 12% годовых, под залог приобретаемого автомобиля. Согласно условиям данного договора, Хамитов обязался ежемесячно, до 20 числа каждого месяца вносить в Банк 16 556 рублей до полного погашения кредита в 2012 году. 7 июля 2008 года Хамитов Р. Х. умер. Так как с Хамитовым Р.Х. я расторгла брак в 2005 году, проживала раздельно с ним, наследниками по закону являются трое наших малолетних детей. При получении свидетельства о праве на наследство моими детьми – автомашины «Нисан Патрол» 5 августа 2009 года, мне стало известно о кредитном договоре на данную автомашину. До этого момента мне ничего о кредитных обязательствах Хамитова Р.Х. известно не было. При этом, мне не был известен банк, где Хамитов взял кредит. В сентябре 2009 года я обратилась в Башкирский филиал «ЮниКредит Банка» с предложением принимать платежи по кредиту от меня, как законного представителя малолетних наследников. На тот момент мне отказали, пояснив, что счет Хамитова «заморожен». Представители Банка не обращались ко мне, к нотариусу или в суд о переводе прав заемщика по договору. Я открыла счет в «ЮниКредит Банке», на который внесла 140 000 рублей. 30 декабря 2009 года я вновь пришла в Башкирский филиал «ЮниКредит Банка» и мне предложили подписать дополнение к кредитному договору от 30 декабря 2009, согласно которого я, как законный представитель несовершеннолетних наследников встала на сторону заемщика по кредитному договору от 19 ноября 2007 года. В соответствии с п.7 Дополнения, оно вступило в силу с 30 декабря 2009 года. В Дополнении отсутствовало указание на то, какая сумма подлежит мною к выплате, график погашения задолженности. Мне неизвестно, сколько именно внес Хамитов Р.Х. в Банк к моменту своей смерти. 25 января 2010 года с моего счета были списаны все 140 000 рублей. На мои вопросы, на погашение каких именно платежей были списаны эти деньги, мне пояснили, что средства были списаны за период просрочки, между смертью Хамитова Р.Х. и датой подписания со мной соглашения. Кроме того, я должна за счет погашения этой просрочки внести еще 140 000 рублей, при этом платить ежемесячные платежи. Я не согласна с таким способом уплаты кредита. На место заемщика Хамитова Р.Х. я встала с 30 декабря 2009 года, его обязанности по уплате кредита должна осуществлять именно с этого времени, и в порядке определенном его кредитным договором, то есть ежемесячно, до 20-го числа каждого месяца вносить по 16 556 рублей. Между мной и Банком не предусматривалось условия, что я внесу какую-либо сумму по уплате кредита единовременно. Просрочка по уплате по кредитному договору с Банком, образовалась по вине сотрудников Банка, не уведомивших о существующем кредитном договоре с покойным его наследников либо нотариуса. Считаю, что я не должна нести ответственность за бездействия сотрудников банка. Я являюсь матерью троих малолетних детей, один из которых инвалид. Условия выплаты предложенные Башкирским филиалом для меня являются непосильными, и незаконными в целом. Кроме того, считаю, что Дополнение к кредитному договору от 30 декабря 2009 года не соответствует действующему законодательству, так как не содержит в себе существенных условий договора кредита: суммы кредита, графика погашения платежей. В Башкирском филиале «ЮниКредит Банка» мне отказали в предоставлении указанных сведений. 1 февраля 2010 года я обратилась в банк с просьбой вернуть на мой счет излишне списанную денежную сумму, либо не возвращая данные денежные средства предусмотреть новый порядок погашения задолженности по кредиту, уменьшив при этом сумму основного долга. Ответ из банка не поступил. Насколько я знаю, по истечение 1 месяца после предъявления требований в банк, я могу обратиться в суд.