Как получить разрешение на продажу квартиры при наличии жилищного сертификата на 4 человек и требования органов опеки о заведении сберегательных книжек для детей?

Право каждого человека на жилище закреплено в статье 40 Конституции России с учетом положений международно-правовых актов (статьёй 25 Всеобщей декларации прав человека, статьёй 11 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В соответствии с нормами семейного и гражданского законодательства Российской Федерации несовершеннолетние являются особыми субъектами жилищных правоотношений.

Согласно пункту 2 статьи 54 Семейного кодекса, несовершеннолетний имеет право жить и воспитываться в семье и право на совместное проживание с родителями. Согласно пункту 2 статьи 20 Гражданского кодекса РФ, местом жительства несовершеннолетних, не достигших 14 лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей, опекунов. Согласно пункту 1 статьи 20 Гражданского кодекса РФ, местом жительства гражданина признается место, где он постоянно или преимущественно проживает. Следовательно, место жительства несовершеннолетних определено самим законом, так как несовершеннолетний постоянно (преимущественно) проживает вместе со своими родителями (законными представителями).

В жилищных правоотношениях значение слова "проживает" вместе с законными представителями равнозначно значению слова "пользуется" жилым помещением законных представителей. Таким образом, каждый несовершеннолетний, реализуя свое право на совместное проживание с законными представителями, имеет право пользования жилым помещением законных представителей.

Законные представители могут воспользоваться своим правом свободного выбора места жительства - изменить город проживания, улучшить жилищные условия.

Сам ребенок тоже может быть собственником отдельного жилого помещения либо его сособственником. Но место жительства несовершеннолетнего до 14 лет "привязывается" к месту жительства его законных представителей. Признавая право несовершеннолетних постоянно проживать вместе с законными представителями, законодатель обеспечивает реализацию "наилучших интересов ребенка" (Конвенция о правах ребенка, одобрена Генеральной Ассамблеей ООН 20.11.1989). Совместное проживание с законными представителями способствует, в том числе, более эффективной реализации личных и имущественных прав и интересов ребенка, их защите.

Согласно пункту 3 статьи 65 Семейного кодекса, место жительства детей при раздельном проживании родителей определяется соглашением родителей. При отсутствии такого соглашения спор между родителями разрешается судом исходя из интересов детей и с учетом их мнения.

Согласно пункту 1 статьи 55 Семейного кодекса, расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка. При наличии отмеченных обстоятельств, право несовершеннолетнего на совместное проживание с законными представителями не утрачивается, а видоизменяется. Постоянно проживать несовершеннолетний в указанных случаях может только с одним из законных представителей. Но нужно учитывать, что в соответствии с нормами семейного и гражданского права законными представителями несовершеннолетнего являются оба родителя, они равны в правах и обязанностях по отношению к своим детям (пункт 1 статьи 26, пункт 1 статьи 28 Гражданского кодекса РФ, пункт 1 статьи 61 Семейного кодекса). Названные в пункте 1 статьи 55 Семейного кодекса обстоятельства не обрывают юридическую (а кровную - тем более) связь между ребенком и каждым из родителей. Ребенок вправе воспитываться обоими родителями, общаться с ними, совместно проживать с любым из них. Главное - чтобы это соответствовало интересам ребенка. И при раздельном проживании родителей ребенок сохраняет право пользования жилыми помещениями обоих родителей и, следовательно, в жилищных правоотношениях с участием несовершеннолетних вышеназванные нормы семейного и гражданского законодательства должны обязательно учитываться.

Согласно пункту 1 статьи 64 Семейного кодекса, защита прав и интересов детей возлагается на их родителей, но с условием, что между интересами родителей и несовершеннолетних детей нет противоречий. Органы опеки и попечительства контролируют, насколько при этом соблюдаются права (имущественные и жилищные в том числе) несовершеннолетних.

Контроль органов опеки и попечительства за сделками с жилыми помещениями, в которых проживают несовершеннолетние, является проявлением публичного интереса, "одной из внутренних социальных функций государства" по охране и защите прав несовершеннолетних и служит определенной гарантией соблюдения жилищных прав детей" .

Согласно пункту 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации, отчуждение жилого помещения, в котором проживают находящиеся под опекой или попечительством члены семьи собственника данного жилого помещения либо оставшиеся без родительского попечения несовершеннолетние члены семьи собственника (о чем известно органу опеки и попечительства), если при этом затрагиваются права или охраняемые законом интересы указанных лиц, допускается с согласия органа опеки и попечительства. Полагаю, что в силу приоритетности защиты прав и интересов детей отмеченная деятельность органов опеки и попечительства необходима во всех случаях проживания детей в жилом помещении независимо от того, правом собственности или правом пользования жилым помещением они обладают. Иначе данная норма может быть интерпретирована так, что "отчуждение жилого помещения, в котором проживают дети, по общему правилу теперь согласия органов опеки и попечительства не требует". Но это противоречит пункту 2 статьи 37 Гражданского кодекса Российской Федерации, который содержит императивное правило об обязательности предварительного разрешения органа опеки и попечительства "на совершение сделок по отчуждению, в том числе обмену или дарению имущества подопечного, сдаче его внаем (в аренду, в безвозмездное пользование или в залог), сделок, влекущих отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, а также любых других сделок, влекущих уменьшение имущества подопечного". Таким образом, получается, что эти две правовые нормы противоречат и даже исключают друг друга.

8 июня 2010 года Конституционный Суд РФ разрешил отмеченную выше правовую коллизию, провозгласив Постановление по делу о проверке конституционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Позиция Суда:

Материнство, семья и детство находятся под защитой государства. Вместе с этим забота о детях – это конституционная обязанность их родителей.

Однако в отношениях с родителями дети являются уязвимой стороной. Поэтому, в случае конфликта интересов между родителями и детьми, приоритет должен быть на стороне детей. И законодатель обязан устанавливать такой механизм правовой защиты прав несовершеннолетних, который не допускал бы их дискриминации и позволял восстанавливать их права в случаях нарушений.

Это подтверждается и решением Европейского Суда по правам человека, который указал, что коренные интересы ребенка могут иметь приоритет над аналогичными интересами родителей.

Достойная жизнь и свободное развитие ребенка невозможны без реализации его права на жилище.

Конституция закрепляет принцип презумпции добросовестного поведения родителей, т.е. такого общепринятого поведения, при котором права детей не нарушаются.

Именно поэтому при отчуждении жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, согласие органа опеки и попечительства, по общему правилу, не требуется. Обязательное согласие органов опеки на все сделки с недвижимостью означало бы тотальную проверку действий собственников жилья, в котором проживают дети. Очевидно, что внося изменения в пункт 4 статьи 292 ГК РФ, законодатель исходил из того, что столь широкое вмешательство государства в гражданско-правовой оборот, в реализацию имущественных прав и законных интересов собственников, равно как и в осуществление прав и обязанностей родителей по отношению к детям, неоправданно.

Поэтому пункт 4 статьи 292 ГК РФ в той его части, которая закрепляет правовые гарантии детей, оставшихся без попечения родителей, и детей, чьи родители исполняют свои обязанности надлежащим образом, не ущемляет права и интересы несовершеннолетних. Такое правовое регулирование направлено также на обеспечение гарантий прав собственника свободно распоряжаться принадлежащим ему жилым помещением в своих интересах и в интересах проживающих с ним несовершеннолетних детей.

Эта норма не противоречит и Конвенции о правах ребенка, согласно которой государства-участники признают и уважают права и обязанности родителей.

Однако нельзя исключать вероятность того, что собственник жилого помещения будет действовать недобросовестно по отношению к детям. Родители не вправе ухудшать необоснованно и несоразмерно жилищные условия проживающих с ними детей и, тем более, они не вправе лишать детей жилища. Поэтому законодатель был обязан установить такое регулирование, при котором права и законные интересы несовершеннолетних, нарушенные при отчуждении жилого помещения, в котором они проживают, подлежат судебной защите и восстановлению. И суд правомочен понудить родителя к восстановлению нарушенных прав ребенка.

Между тем, положение пункта 4 статьи 292 ГК РФ – как по буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, не обеспечивает реализацию возможностей такой защиты прав ребенка. Этой нормой закона не учитывается ситуация, когда на момент совершения сделки о продаже жилого помещения родительское попечение формально не прекращалось, но в силу тех или иных причин фактически не осуществлялось.

Такое регулирование не согласуется с требованиями Конституции РФ об обязанностях родителей и несоразмерно ограничивает гарантированные ею право на жилище и право на судебную защиту.

Поэтому Конституционный Суд постановил признать пункт 4 статьи 292 ГК РФ не противоречащим Конституции РФ, когда эта норма направлена на обеспечение гарантий прав несовершеннолетних, не находящихся на попечении родителей. А в отношении тех несовершеннолетних, которые формально находятся под опекой родителей, но жилищные права которых были нарушены, эта норма не соответствует Конституции РФ.

Ваш вопрос регулируется ст. 26 ГК РФ, т.е. ребенок от 14 до 18 лет совершает сделки , в том числе с недвижимостью с письменного согласия родителей, за несовершеннолетних, не достигших 14 лет, совершают сделки их родители (ст. 28 ГК) К сделкам законных представителей несовершеннолетнего с его имуществом применяются правила, предусмотренные пунктами 2 и 3 статьи 37 ГК, т.е с согласия органов опеки.

В то же время опека и попечительство над несовершеннолетними устанавливаются при отсутствии у них родителей, усыновителей, лишении судом родителей родительских прав (ст. 31 ГК), поэтому в этом случае органы опеки не могут огульно запрещать сделки с имуществом малолетних., тем более. что ваша семья не стоит у них на учете как неблагополучная. Их отказ на совершение сделки может быть обжалован в суд. Разъяснение этих вопросов содержится в определении Конст. суда от 6 марта 2003 г. N 119-О.

Александр, здравствуйте! Отец ребенка не лишен родительских прав, сооответственно, у него точно такие же права по отношению к ребенку, как и у матери ребенка. И обязанности, конечно...

В связи с этим, требование органов опеки и попечительства о присутствии отца ребенка при подаче заявления о продаже доли ребенка правомерно. Это требование содержится в ст. 37 ГК РФ через ст. 60 СК РФ.

То же касается и распоряжением денежными средствами ребенка.

Я лично не вижу оснований для обжалования действий органов опеки и попечительства.

Может, есть смысл лишить отца ребенка род. прав, если он не помогает ему материально, не принимает участия в воспитании и т.п.? Хотя, конечно, процесс займет много времени, и ребенок уже достигнет совершеннолетия (или почти достигнет). То же самое и с обжалованием: пока будете обращаться, пока получите отказы - пройдет время, и до совершеннолетия ребенка останется всего-ничего..

С уважением,

Харченко О.В.