Я спросил у нее, рассчитались ли с ней мои родственники, на что она дала утвердительный ответ.

6 апреля 2009 года я был задержан следственным органом городского ОВД. Поскольку я ранее был знаком с адвокатом, то я попросил вызвать ее в качестве защитника. Мы встретились с адвокатом в коридоре ГОВД. Мы поговорили по делу и обсудили вопросы о возможных путях защиты. При этом ни одного слова об оплате адвокатских услуг не было сказано. Около 18 часов я был допрошен в качестве подозреваемого, а затем меня поместили в ИВС. Далее в ходе следствия и я, и мои родственники несколько раз спрашивали адвоката сколько ей должны будем выплатить за работу. Но она все отговаривалась, что ей ничего не надо, поскольку, дескать, у вас и без того материальное положение сложное. Так прошли досудебные стадии судопроизводства, а затем прошли две судебные инстанции. Мне было назначено наказание в виде лишения свободы. В сентябре 2009 года ко мне в следственный изолятор в Ижевск приехала адвокат. Я спросил у нее, рассчитались ли с ней мои родственники, на что она дала утвердительный ответ. Тем самым я считал, что за проведенную работу с адвокатом расчет был окончен. Тогда же адвокат заявила, что ей необходимо работать по делу дальше а надзорных инстанциях и поэтому ей необходим оформленный со мной договор. Она подсунула мне какой-то договор и попросила меня его подписать. Разумеется, я был убеден, что отношения между адвокатом и его подзащитным должны быть полностью доверительными и поэтому я особо не вчитывался в содержание договора. Единственное, на что я обратил внимание, это отсутствие в договоре конкретной суммы полагавшегося вознаграждения. Находясь под стражей, конечно же, я не мого говорить о конкретных размерах вознаграждения за адвокатские услуги и поэтому я подписал один экземпляр договора и предоставил адвокату свободу договариваться об оплате со своими родственниками. Адвоката всегда ко мне доставляли на своем транспорте мои родствененики. Мы тогда же с адвокатом договорились, что она покажет договор поручения моим родственникам и после этого адвокат должна была еще раз подъехать ко мне для подписания договора в окончательной форме. Как оказалось, в дальнейшем, адвокат моим родственникам сам договор не показывала, но по договоренности между моими родственниками и адвокатом ей было выплачено 7000 (Семь тысяч) рублей в конце сентября 2009 года. Когда я освободился с мест лишения свободы 30 августа 2011 года, мне супруга и мой брат рассказали, что по месту моей регистрации адвокатом в апреле 2010 года была прислана претензия, в которой она требовала погасить долг, но при этом не указывала размера долга. В претензии была сделана ссылка на договор поручения от 6 апреля 2009 года. Они попытались разобраться в возникшем вопросе и подошли в кабинет адвоката. При попытке выяснить причину претензии, адвокат им швырнула не подписанный мной договор поручения с вписанной от руки суммой вознаграждения в размере 44400 (Сорок четыре тысячи четыреста) рублей, а также бросила оформленную задним числом 20 апреля 2009 года безномерную квитанцию к приходно-кассовому ордеру без подписи плательщика. Увидев сумму вознаграждения, вписанную адвокатом от руки в договоре поручения я был очень удивлен, поскольку такая сумма вознаграждения ни чем не обоснована. Тем самым адвокат вписала в договор поручения не оговоренную нами сумму вознаграждения. Кроме того, она оформила задним числом квитанцию ненадлежащей формы и без подписи плательщика. В договоре поручения адвокат не только записала от руки не оговоренную между нами сумму вознаграждения за адвокатские услуги, но и дату договора поставила задним числом, не соответствующую действительной дате подписания договора. Подскажите, пожалуйста, как быть в сложившейся ситуации.