Неосновательное обогощение

Такие дела очень трудные, необходимо выяснять ваше поведение и поведение банка, исследование добросовестности и осмотрительности банков, наличие предварительно заключенного договора о дистанционном банковском обслуживании.

В пункте 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-0 указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков.

В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. № ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

ВС считает, что в данном деле суды не дали оценки добросовестности поведения банка, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг.

В частности, нижестоящими судами не даны оценки тому, должен ли был банк, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, принять во внимание неожиданную смену смартфона клиентом, поясняет ВС.

Кредитную организацию должен был смутить характер операции - получение кредитных средств с одновременным их перечислением в другой банк на счет карты, принадлежащий другому лицу, и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волей, указывает высшая инстанция.

ВС также обращает внимание, что упрощенный порядок предоставления потребительского кредита и распоряжение его средствами фактически нивелирует все установленные законом гарантии прав потребителя финансовых услуг.

«В частности, составление договора в письменной форме с приведением индивидуальных условий в виде таблицы по установленной Банком России форме, с указанием полной стоимости кредита, с напечатанными отметками (V) напротив строк об ознакомлении и о согласии с различными условиями договора и лишено всякого смысла, если фактически все действия по предоставлению потребительского кредита сводятся к направлению банком потенциальному заемщику SMS только с краткой информацией о возможности получить определенную сумму кредита путем однократного введения цифрового кода», - поясняет ВС.

Высшая инстанция также подвергла критике практику кредитных организаций о направлении клиентам SMS с кодом для подтверждения согласия на латинице. Такую позицию ВС высказывал и в других спорах.

В связи с допущенными многочисленными нарушениями Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ определила: направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. (Дело No18-КГ23-99-К4).