Как я могу использовать приобретательную давность в наследовании имущества?

Недавно возвращенная в наше законодательство приобретательная давность, бывшая и прежде, по словам известного российского цивилиста Г. Шершеневича, слабоукорененной в русском праве, остается еще довольно чуждой практикующим юристам и нуждается в длительном освоении.

Обычно приобретательная давность воспринимается как один из способов приобретения собственности наряду с приобретением права на находку, клад, бесхозяйное имущество и т.д. Этот подход, впрочем, имеет свое оправдание как в названии института, так и в размещении его в гл. 14 ГК. Между тем приобретательная давность изначально возникла отнюдь не в этой сфере, а в обороте, и именно нуждами оборота объясняется восстановление ее в нашем законодательстве. Подчеркивая это обстоятельство, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 17 постановления от 25 февраля 1998 г. No. 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1998. No. 10. С. 19) указал, что право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено как на бесхозяйное имущество, так и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.

Те условия, которыми оговорено приобретение по давности, прежде всего - добросовестность, происходят из оборота. Как это установлено ст. 134 ГК, для приобретения собственности требуется добросовестно непрерывно владеть имуществом как своим в течение определенного срока. Добросовестность означает, что владелец, извинительно заблуждаясь в фактических обстоятельствах, с достаточными причинами полагает, что то основание, по которому к нему попала вещь, дает ему собственность на нее. Многие трудности связаны с непониманием того, что владелец для давности - незаконный владелец, ведь законный владелец, как правило, получает вещь по договору от собственника и, следовательно, знает, что собственником вещи является другое лицо. Поэтому, например, ни арендатор, ни хранитель никогда не приобретут по давности. Но, конечно, и не всякий незаконный владелец может приобрести по давности. Если, например, вещь похищена, то течение давности не дает никакого права владельцу.

Особенно важными для сегодняшней практики являются те случаи, в которых организация - правопреемник госпредприятия продолжает владеть неприватизированным объектом недвижимости, полученным довольно давно (скажем, в 70-80-е гг.) от государства, на основании акта госоргана (частный вариант этой ситуации - наличие во владении объекта, не включенного в уставный капитал при акционировании и приватизации). Возникает все больше споров, в центре которых находится вопрос о принадлежности таких объектов. Весьма часто владельцы ссылаются на то, что они приобрели уже спорное имущество по давности. Но выполняются ли здесь требования ст. 234 ГК? Добросовестное владение имуществом как своим означает, что в момент приобретения приобретатель не знал и не мог знать действительного собственника. Но в данном случае приобретателям всегда был известен собственник - государство. Более того, такой титул, как право оперативного управления, являясь производным от собственности, сам собой означает известность действительного собственника. Можно это обстоятельство сформулировать шире - право оперативного управления дает законное (титульное) владение, а законное владение исключает приобретение по давности (см. также п. 18 указанного постановления No. 8 от 25 февраля 1998 г.). Понятно, что отпадение в дальнейшем этого титула, вообще недоступного теперь негосударственным организациям, само по себе не может улучшить позиции владельца, как и вообще добросовестность не может возникнуть задним числом.

Кроме того, для государственного имущества сроки приобретения по давности, начинающиеся после истечения сроков для виндикации, начинают течь не ранее 1 июля 1990 г., поскольку до этой даты действовали нормы о неограниченной виндикации государственного имущества (п. 17 указанного постановления No. 8).

Значительно сложнее обстоят дела с кооперативной, общественной и другими формами частной собственности, и здесь уже сегодня возможно приобретение по давности. Впрочем, практика свидетельствует, что ссылки на приобретательную давность часто не находят подтверждения и в спорах о праве частной собственности.

Интересным представляется такое дело.

Собственница домовладения, приобретенного до вступления в брак, завещала его в равных частях мужу и дочери. После ее смерти оба наследника - и муж, и дочь - обратились с заявлениями о вступлении в наследство. Однако муж собственницы оспорил в суде права дочери на половину домовладения, ссылаясь на то, что он приобрел имущество по приобретательной давности, начавшейся еще в период брака и продолженной после смерти наследодателя. При очевидной сомнительности заявленных требований дело имеет интерес уже хотя бы потому, что стало предметом судебного спора, причем в ходе его рассмотрения обозначились затруднения с точной квалификацией ситуации.

Во-первых, поставлен вопрос, может ли начать владение для давности один из супругов относительно имущества другого супруга. Очевидно, что владение для давности исключено, если супруг рассматривает имеющееся домовладение как принадлежащее другому супругу: здесь не может быть владения домом как своим. Точно так же исключено владение для давности, если супруг полагает имущество своим по закону - тогда налицо заблуждение не в факте, а в праве, а оно не ведет к добросовестности.

Во-вторых, имеется проблема владения наследственным имуществом после смерти наследодателя как владения для давности. Очевидно, что положительный ответ приведет к абсурдным следствиям - окажется, что при получении наследства его владелец получит преимущества перед всеми прочими наследниками. Но, тем не менее, вопрос должен получить решение.

Как уже говорилось, приобретательная давность возникает из незаконного владения, поскольку законное владение, полученное, по общему правилу, от собственника, исключает добросовестное заблуждение относительно принадлежности вещи. Значит, нужно определить природу владения наследственным имуществом. Здесь прежде всего обращает на себя внимание то, что оно не получено по воле собственника. Но значит ли это, что такое владение - незаконное? Не имея возможности углубиться в короткой статье в историю вопроса, отмечу лишь, что владение наследственным имуществом (как, например, и секвестр - владение вещью на время спора о ее принадлежности) - это одно из немногих исключений из правила, согласно которому источником законного владения выступает воля собственника. Итак, владение наследственным имуществом, продолжаемое без пороков (насилие, обман и т.д.) после смерти наследодателя, является законным, поскольку его владелец рассматривает имущество именно в качестве такового, т.е. имущества, известный собственник которого скончался, а наследники не вступили в свои права. Понятно, что титул законного владения позволяет иметь исковую защиту против любых посягательств третьих лиц (ст. 305 ГК). Тем самым обеспечивается всесторонняя частноправовая защита наследственного имущества - обстоятельство весьма важное. Ведь в противном случае пришлось бы исходить из того, что наследственное имущество в принципе не может иметь полноценной защиты. Любые заблуждения владельца, касающиеся законов о наследстве, никак не могут изменить характера его владения. Такое владение, конечно, не может привести к приобретению по давности, потому что оно очевидно является не владением для себя, а владением для других - наследников, даже и в том случае, если наследником вещи станет сам владелец. Именно в этом последнем случае наиболее явственно заметна неприменимость к такому владению приобретательной давности - невозможно считать своим то, что намерен приобрести как наследство, т.е. как чужое, поскольку нельзя наследовать собственное имущество.

Теперь мы можем предложить решение нашего дела: во время совместной жизни истец в любом случае не мог начать в