Так случилось, что против меня была проведена «диверсия» - мой конкурент отравил мне почву гербицидом.

Так случилось, что против меня была проведена «диверсия» - мой конкурент отравил мне почву гербицидом. Картина гибели растений и ряд других обстоятельств свидетельствовали, что гербицид был из разряда «недоступных» для рядового потребителя, т. Е. его нельзя приобрести в розничной сети. Это вещество – сульфометурон метил, широко используемый гербицид на железных дорогах. Все попытки установить истину упирались в методические затруднения по выявлению этого вещества в почвенных пробах. Дело в том, что очень многие растения реагируют на изучаемые нами остатки сульфонилмочевинных гербицидов в почве в дозах, значительно более низких, чем нижние пределы их определения с помощью ВЭЖХ (высокоэффективная жидкостная хромотография). Т.е. получается, что практически любой злоумышленник может использовать этот гербицид в своих преступных целях, совершенно не опасаясь за возможные для него последствия. Выявить эти вещества в нашей стране не представляется никакой возможности. Так, в «Единых санитарно-эпидемиологических и гигиенических требованиях к товарам, подлежащим санитарно-эпидемиологическому надзору» (контролю), главе II( «Требования к пестицидам и агрохимикатам»), разделе 15, , пункте 3 сказано: «Изготовитель (поставщик) также обязан обеспечить адаптацию методов определения остаточных количеств пестицидов в объектах окружающей среды и сельскохозяйственной продукции». Что совершенно отсутствует в отношении рассматриваемого гербицида. В связи с этим вопрос: возможно ли возбуждение уголовного дела по статье УК 293 (халатность) в отношении инстанции, разрешившей использование данного гербицида? И каковы возможные перспективы этого дела?