В течении предварительного следствия несовершеннолетние и малолетние потерпевшие судя по их допросам давали противоречивые.

В течении предварительного следствия несовершеннолетние и малолетние потерпевшие судя по их допросам давали противоречивые показания (чаще полярные – «то было, то не было») по поводу тех или иных деяний подсудимого. На судебном следствии потерпевшие отрицали якобы совершенные подсудимым деяния, квалифицированные следствием, как «иные действия сексуального характера». После оглашения на суде каждому потерпевшему своих допросов с предварительного следствия всем пакетом одновременно (где есть не только противоречивые, а разнополярные (было – не было) утверждения об упомянутых деяниях) они их подтвердили, но с оговорками и после этого при ответах на вопросы еще раз отрицали те или иные действия якобы подсудимого. Суд в приговоре не принял это во внимание, абсолютно проигнорировал, отверг даже предоставленные ему документы, указывающие на непричастность к преступлениям подсудимого. Суд взял за единственно верные даже не все показания потерпевших в период предварительного следствия, а лищь те (чаще единственные), в которых они обвиняют подсудимого в преступных деяниях. То есть суд установил, что истину потерпевшие говорили не в суде, не в начале предварительного следствия, ни даже в конце его, а в удобных для следствия отдельных допросах каждого потерпевшего (хотя каждого допрашивали по 5-6 раз, судя по делу). Все предварительное следствие шло в 2010 – 2012 годах, а суд состоялся в 2013 году. Сейчас в УПК РФ внесена поправка в статью 191 УПК РФ «Особенности допроса несовершеннолетнего потерпевшего и свидетеля», которая вступает в силу с 01.01.2015 года, которая обязует следствие проводить все допросы несовершеннолетних под видеокамеру и предоставлять запись в суд (часть 5 в ст. 191 УПК РФ введена ФЗ от 28.12.2013 г. №432-ФЗ). Кроме того, в случае с подсудимым именно в тех допросах (напечатанных с помощью компьютера), на которые только и сослался суд в приговоре в описании событий преступлений, имели место незаконные копирования из допроса одного потерпевшего в допрос другого и третьего несовершеннолетнего потерпевшего. Этому есть четкие доказательства (при копировании сохранились не удаляемые автоматически ошибки при описании преступлений, кроме того автор копирования некачественно провел работу по редактированию скопированных фрагментов, для приведения их в соответствие с новым якобы допрашиваемым несовершеннолетним), а такие действия следствия являются нарушением уголовно-процессуального закона. Так по большинству эпизодов, в суде эти деяния потерпевшие даже отвергали. Хочу узнать, есть ли возможность в связи с изложенными в свете изменений УПК что-либо предпринять для пересмотра приговора в частности потому, что суд в приговоре опирался только на те «доказательства», которые вызывают как минимум сомнения, а в свете вышеуказанного изменения ст.191 УПК РФ «Доказательства» были получены небезупречно, не вполне качественным и совершенным способом, как теперь будет по поправке. Надзорная жалоба еще не подавалась, а в апелляционной жалобе подсудимого об этом не упоминалось. Причем, есть все основания полагать, что следствие воспользовалось, как теперь выясняется, небезупречными, несовершенными, необъективными правилами допроса несовершеннолетних, а суд опирался только на те «доказательства вины подсудимого» которые теперь выглядят небезупречно. Сюда же дополнительный вопрос: каким образом, где и в какие сроки возможно провести экспертизу протоколов допросов потерпевших на предмет установления следов копирования описанной преступлений из допросов одного потерпевшего в протоколы других (многократно).