Итак, что за экономику мы видим за изложенными выше описаниями отдельных её элементов?

Экономика Новой России: техзадание Итак, мы разобрали слабые стороны и советского, и современного западного проектов. Последний — по-прежнему наш основной или даже единственный цивилизационный противник, и мы должны иметь экономику, позволяющую ему противостоять. При этом как только Россия (как и любой другой крупный субъект) осуществит поворот к имперской или хотя бы просто национально ориентированной политике, отношение Запада к ней станет резко враждебным. Различными хитростями можно лишь ненадолго оттянуть этот процесс, такой же эффект даст глобальный кризис (в принципе, американская политика может и развернуться в сторону изоляционизма, но рассчитывать на это нельзя). С другой стороны, пока у Запада нет технической возможности игнорировать ядерный потенциал России, особенно если она станет самостоятельной и жёсткой. Но и этот запас времени не бесконечен: рано или поздно на любой щит найдётся меч, а на любой меч — щит, и в этой гонке всегда выиграет технологический лидер, а на сегодня это Запад. Таким образом, вскорости после создания Новой России начнётся этап холодного противостояния её с Западом, в том числе в сфере экономики. В этом противостоянии у неё будут худшими как стартовые условия (сильное промышленное и научное отставание), так и текущие (меньший размер экономики и рынка), а время «матча» ограничено. Из этого следует ряд требований. Во-первых, экономика должна быть достаточно закрытой, то есть трансграничные операции и на товарных, и на капитальных рынках должны составлять относительно небольшую долю от общего количества таковых операций. Главным критерием здесь должен быть анализ рисков в случае эскалации враждебности. Вторым критерием должна быть польза/вред для развития отечественной экономики. Во-вторых, темпы роста ВВП в целом, а также НТП должны быть существенно выше, чем на Западе. При этом бюджетные изъятия на проведение государственной политики не должны быть высокими, чтобы не тормозить экономику и обеспечивать довольство населения режимом. Такое возможно лишь в том случае, если эффективность экономики и в общем, и в бюджетном плане будет радикально выше, чем на Западе. Из этого следует, что экономика должна быть другого типа, чем на Западе (иначе невозможно обеспечить существенно более высокие темпы). Но она не должна быть и советского типа, поскольку мы убедились, что та не способна обеспечить даже равную эффективность и темп НТП и может хоть как-то обеспечивать паритет, и то лишь в военной сфере, только за счёт значительно большего внеэкономического изъятия. То есть она должна быть рыночной, но иной, чем ныне на Западе, и при этом желательно использовать те достоинства, которые были у советской экономики. И вот теперь мы готовы, опираясь на всё вышеизложенное, сформулировать контуры экономики будущей России. 1. Значительная автономность экономики, приближающаяся к автаркии, — только такой может быть экономика суверенитета. Всё, что может быть произведено у себя, не должно импортироваться (не считая переходного периода), экспорт также должен сильно дестимулироваться во избежание финансовой зависимости от импортёров российских продуктов, как у нынешнего Китая. Иностранные инвестиции могут допускаться на равных условиях с отечественными, но с полным запретом репатриации прибыли. Естественно, о свободной конвертируемости рубля следует забыть. 2. Наличие «настоящих» денег, отсутствие необеспеченной эмиссии и, как следствие, безудержного роста задолженности (или инфляции) — достигается введением золотого стандарта. Помимо прочего, это крайне важно для сохранения и уж тем более усиления доверия к национальной валюте в условиях отмены конвертируемости. 3. Фондовый рынок (ФР) должен быть возвращён к его изначальным функциям, и основная часть инвестиций в капитал должна перейти в сферу непосредственного, т.е. не через ФР, инвестирования в бизнес. Самый простой способ добиться этого — ввести обложение акций и других ценных бумаг налогом на имущество, а сделок с ними — налогом на оборот, наравне с обычными товарами, что приведёт к многократному сжатию ФР. Я вообще считаю именно эти налоги основными, потому что перевод объекта налогообложения с прибыли и добавленной стоимости на оборот и имущество (капитал) приводит к невозможности или затруднительности сохранения капитала без высокомаржинальных рискованных вложений — иными словами, к увеличению инвестиционной активности, а также обострению конкуренции (к прянику добавляется кнут). 4. Реальный собственник должен вернуться как основная фигура среднего и крупного бизнеса. Этого можно достичь требованием наличия персонализированного контрольного пакета в любой публичной компании на всё время её существования, а публичной считать в данном аспекте любую компанию с числом акционеров более, например, пяти. Одновременно необходимо вернуть реальный смысл частной собственности. Для этого практически все виды разрешений (пример: разрешения на строительство) и контроля (пример: контроль за пищевым производством) должны быть отменены, а соображения безопасности и иные должны обеспечиваться реальной ответственностью конечного бенефициара, т.е. в конечном счёте самоконтролем под угрозой весьма жёстких наказаний. Любые регламентации частного бизнеса (пример: часы работы магазина) должны быть запрещены. 5. Необходимо разработать меры, которые косвенно снизят привлекательность покупки готового бизнеса в противовес созданию нового. Анализ показывает, что частично это и так произойдёт под влиянием описанного в п. 3 налогообложения; без сомнения, возможны и другие меры. Не надо бояться снижения вследствие этого общего уровня ликвидности — это на самом деле есть благо, что бы ни кричали сами предприниматели, поскольку переводит интересы субъектов из краткосрочных в долгосрочные. 6. Должна быть значительно усилена конкуренция. Это достигается, помимо некоторых из уже перечисленных мер, существенно более агрессивной антимонопольной политикой, где упор переносится на прямое действие (создание или поощрение создания новых субъектов-конкурентов с помощью государственных средств с последующей их продажей). Приобретение конкурентов (в том числе слияние), то есть любых предприятий той же сферы, должно быть запрещено за исключением особых случаев. Само понятие неприемлемо доминирующего положения на рынке должно быть пересмотрено в сторону значительного снижения. Вообще желательно косвенными мерами положить предел росту размера компаний или хотя бы значительно затруднить его — лучше всего капитализм и рынок работают в среде большого количества небольших (относительно) субъектов. 7. Должна быть крайне жёстко ограничена реклама во всех её проявлениях. Это будет способствовать переносу акцентов в деятельности субъектов на совершенствование продуктов, что, несомненно, в какой-то степени системно ускорит НТП, а также поднимет качество товаров и услуг. Последнее весьма важно в идеологическом плане. 8. Должен существовать значительный госсектор. Потому что даже при осуществлении всех предполагаемых мер денег будет не хватать, особенно в кратко-и среднесрочной перспективе. Поэтому необходимы элементы бюджетной эффективности, позволяющие иметь больше денег в бюджете при том же размере экономики, но не оказывающие на неё замедляющего влияния или оказывающие его в приемлемом размере. Таковыми должны стать поступления прибыли или рентных платежей от госсектора, вплоть до объявления определённых отраслей госмонополией. Однако следует помнить, что это возможно лишь в тех отраслях, где бизнес относительно простой, — владение и сдача в аренду земли, недвижимости, добыча полезных ископаемых, генерирующая энергетика и т.п. Абсолютной госмонополией должен стать финансовый сектор. При этом сам бизнес должны вести только частные управляющие компании на конкурентной основе, но никак не госорганы и не государственные предприятия. Но помимо частной экономики, в т.ч. управляемых частными компаниями госмонополий, должна быть госэкономика, в основном представленная крупными инвестиционными проектами, по тем или иным причинам не осуществляемыми частным бизнесом, но выгодными, как правило, в слишком далёкой перспективе для частного сектора. Помимо прочего это будет задавать определённую атмосферу созидания. Итак, что за экономику мы видим за изложенными выше описаниями отдельных её элементов? Это рыночная, частнособственническая экономика, даже в значительно большей степени, чем нынешняя западная. Но при этом со значительным госсектором. Закрытая, с неконвертируемыми деньгами, но настоящими, золотыми. С подчинённым, вторичным положением финансового сектора и финансовых рынков. С большей инвестиционной активностью всех субъектов, что задаёт соответствующую атмосферу. Со смещённым размером единичного бизнеса в меньшую сторону, что приводит к вовлечению в предпринимательство широких слоёв, причём исключительно в реальный сектор. С менее навязчивыми, но более качественными и продвинутыми товарами и услугами. С более быстрым прогрессом. С большой долей перераспределения общественного продукта, но не за счёт высоких налогов, а за счёт социализации финансовых и рентных отраслей. Причём перераспределяемым в первую очередь не на социальное обеспечение, а на государственные нужды и цели развития. С общественной атмосферой и стереотипами отношений, определяемых как доминирующим частным сектором, так и большим государственным сектором, соответственно, и с более разнообразными по типу социальными лифтами. С сильным государством, чья сила не в регулировании всего и вся, а в осуществлении стратегии развития и придании жёсткости общественному организму. Это — экономика государства, ощущающего себя в состоянии войны с большой частью окружающего мира, но не желающего переходить на мобилизационные рельсы, потому что война эта надолго. Экономика империи. Как же назвать эту экономику, которая и не капитализм, и не социализм, во всяком случае, в привычных нам образцах? А так и назвать — империализм. Не тот, который «высшая и последняя стадия капитализма», а тот который «империя превыше всего». Как вам такая экономика?