Правомерно ли отказали в начислении ДСО мужу с 5 месяцами стажа под землей?

судебная практика говорит, что неправомерно не включили

Положения статьи 6 (части 2), статьи 15 (части 4), статьи 17 (части 1), статей 18, 19 и статьи 55 (части 1) Конституции Российской Федерации предполагают правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимые для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 29 января 2004 г. №2-П со ссылкой на Постановление от 24 мая 2001 г. №8-П и Определение от 05 ноября 2002г. №320-О указал на то, что в отношении граждан, приобретших пенсионные права до введения нового правового регулирования, сохраняются ранее приобретенные права на пенсию в соответствии с условиями и нормами законодательства Российской Федерации, действовавшего на момент приобретения права.

Так, в период обучения истца в профессионально-техническом училище действовало Постановление Совмина СССР от 03.08.1972 №590 «Об утверждении Положения о порядке назначения и выплаты государственных пенсий».

В соответствии с п. 109 названного Положения при назначении на льготных условиях или в льготных размерах пенсий по старости рабочим и служащим, к работе по Списку N 1 и N 2 приравнивался период службы в составе Вооруженных Сил СССР, а также обучение в училищах и школах системы государственных трудовых резервов и системы профессионально-технического образования (в ремесленных, железнодорожных училищах, горнопромышленных школах и училищах, школах фабрично-заводского обучения, училищах механизации сельского хозяйства, технических училищах, профессионально-технических училищах и т.д.) и в других училищах, школах и на курсах по подготовке кадров, по повышению квалификации и по переквалификации.

При назначении на льготных условиях или в льготных размерах пенсий но старости и инвалидности рабочим и служащим, работавшим на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах и на других работах с тяжелыми условиями труда (подпункты «а» и «б» пункта 16), и пенсий по случаю потери кормильца их семьям, а также пенсий по старости работникам предприятий текстильной промышленности (подпункт «в» пункта 16) периоды, указанные в подпунктах «к» и «л», приравниваются по выбору обратившегося за назначением пенсии либо к работе, которая предшествовала данному периоду, либо к работе, которая следовала за окончанием этого периода. Период, указанный в подпункте «з», приравнивается к работе, которая следовала за окончанием этого периода.

Названное Положение фактически утратило силу в связи с принятием Закона РСФСР от 20 ноября 1990 г. №340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации», вступившего в законную силу с 1 января 1992 года.

Анализируя вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что спорный период обучения в профессионально-техническом училище относится к периоду деятельности истца до вступления в силу Закона РСФСР от 20.11.1990 г. №340-1 «О государственных пенсиях в РФ», то есть до установления нового правового регулирования назначения досрочных пенсий, поэтому данные периоды подлежат включению в специальный стаж для назначения ежемесячной доплаты к пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом от 10.05.2010 г. № 84-ФЗ «О дополнительном социальном обеспечении отдельных категорий работников угольной промышленности» независимо от времени обращения истца за назначением доплаты и времени возникновения у него на это права, иное толкование противоречило бы положениям ч. 2 ст. 6, ч. 4 ст. 15, ч. 1 ст. 17, ст. ст. 18, 19, ч. 1 ст. 55 Конституции РФ и правовой позиции, изложенной в Постановлениях Конституционного Суда РФ от 29.01.2004 г. №2-П и от 24.05.2001 г. № 8-П, а также в Определении Конституционного Суда РФ от 05.11.2002 г. №320-О, и приведет к неправомерному ограничению прав гражданина на социальное обеспечение, а дальнейшее изменение законодательства не может служить основанием для ущемления его прав в области пенсионного обеспечения.