01.04.2011 г. Махачкалинский гарнизонный военный суд по моему уголовному делу я Алиханов Магомед Гасанович был признан.

01.04.2011г. Махачкалинский гарнизонный военный суд по моему уголовному делу я Алихмаев Магомед Гасанович был признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст. 307 УК РФ и осужден штрафу в размере 10000 рублей. В кассационном порядке приговор был обжалован, но определением № 207- КУ оставлено без изменения. Надзорном порядке был обжалован, но постановлением № 222-НУ тоже оставлено без изменения. Потом мной этот приговор был обратно обжалован Верховный Суд РФ и Верховным Судом Российской Федерации на этот приговор было произведено надзорное производство и дальнейшем этот приговор был отменен Президиумом Северо – Кавказского окружного военного суда в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам и дело было вновь отправлено на новое рассмотрение в Махачкалинский гарнизонный военный суд со стадии судебного разбирательства. При повторном рассмотрении дела Махачкалинский гарнизонный военный суд от 29 июля 2013 года вновь делу я признан виновным в совершении преступления предусмотренного ч.1 ст. 307 УК РФ и осужден штрафу в размере 10000 рублей, а также я был освобожден от наказания за истечением срока давности. Приговор вступил в силу 24 октября 2013 года после апелляционного обжалования. В кассационном порядке был обжалован приговор, но также был оставлен без изменения. Приговор был, потом обжалован Военную коллегию ВС РФ но также был оставлен без внимания. Приговором суда я не согласен, считаю, его незаконным, так как меня осудили за то преступление, которого я не совершал и подлежащим отмене по следующим основаниям: 1) Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации очень четко указывает: «Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению». Следовательно, суд не вправе сам предъявить новое обвинение, добавив новые деяния в вину подсудимому. В соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. № 1 «О судебной приговоре» всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора. Из материалов дела видно, что согласно обвинительному заключению я обвиняюсь в том, что, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ при допросе в судебном заседании Махачкалинского гарнизонного военного суда от 29 июня 2010 г. в качестве свидетеля я дал показания о том, что во время выяснения полковником Мясниковым А.Г. 25 декабря 2009 г. в 21 – часу в служебном кабинете начальника отделения в н.п. Метрада Службы в н.п. Хунзах у Саадуева М.М. причин не своевременного прибытия из с. Агвали, я находился за приоткрытой дверью служебного кабинета, однако оскорбительных выражений с чьей – либо стороны оттуда не слышал. Приговором Махачкалинского гарнизонного военного суда от 01 апреля 2011 г. (прилагаю) я был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 307 УК РФ. Из описательной части данного приговора следует, что судебным следствием по делу установлено, что я при допросе в качестве свидетеля в судебном заседании Махачкалинского гарнизонного военного суда от 29 июня 2010 г., будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, отрицал, что 25 декабря 2009 г. в 21 часу, находясь за приоткрытой дверью служебного кабинета начальника отделения в н.п. Метрада Службы в н.п. Хунзах, слышал оскорбительные выражения со стороны Саадуева в адрес полковника Мясникова А.Г. в ходе их разговора в указанном кабинете, тем самым умышлено дал заведомо ложные показания в суде. Указанный приговор Махачкалинского гарнизонного военного суда стороной обвинения обжаловано не было. Данный приговор в кассационном порядке был обжалован мной. Определением судебной коллегии по уголовным делам Северо – Кавказского окружного военного суда от 26 мая 2011 г. названный приговор Махачкалинского гарнизонного военного суда был оставлен без изменения, а мою кассационную жалобу без удовлетворения. Из данного определения суда кассационной инстанции следует, что прокурор Беляева Н.П. указанный приговор Махачкалинского гарнизонного военного суда считала законным, обоснованным и просила оставить его без изменения. Постановлением Президиума Северо – Кавказского окружного военного суда от 16 апреля 2013 г. названные приговор Махачкалинского гарнизонного военного суда и определение судебной коллегии по уголовным делам отменены, и уголовное дело в отношении меня передано на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции. Из данного постановления Президиума следует, что прокурор Коломийца С.А. обвинительный приговор Махачкалинского гарнизонного военного суда от 01 апреля 2011 г. и определение судебной коллегии по уголовным делам Северо – Кавказского окружного военного суда от 26 мая 2011 г. считал законными, обоснованными и просил их оставить без изменения. Таким образом, из вышеизложенного следует, что органами предварительного следствия я обвинялся в том, что при допросе в качестве свидетеля в судебном заседании Махачкалинского гарнизонного военного суда от 29 июня 2010 г., будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, не смотря на то, что я 25 декабря 2009 г. в 21 часу, находясь за приоткрытой дверью служебного кабинета начальника отделения в н.п. Метрада Службы в н.п. Хунзах слышал оскорбительные выражения, высказанные Саадуевым в адрес полковника Мясникова в ходе их разговора в указанном кабинете, и дал суду показания о том, что я этого не слышал. Это подтвердил в суде и следователь Вертьянов кто строил обвинение против меня ( протокол судебного заседания от 24 июля 2013 года лист 5 ) где сказал что я мог слышать оскорбительные фразы но сказал что не слышал. На вопрос председательствующего государственному обвинителю Вологодскому: Вы меняете предъявленное обвинение ( протокол судебного заседания 21 июня 2013 года лист 5 ) государственный обвинитель Вологодский ответил: Нет, не меняем. Из описательной части обжалуемого приговора Махачкалинского гарнизонного военного суда следует, что суд, судебным следствием по делу установил, что я 29 июня 2010 г. в помещении Махачкалинского гарнизонного военного суда при допросе в качестве свидетеля, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, заявил, что в 21 часу 25 декабря 2009 г. находясь за приоткрытой дверью в служебного кабинета начальника отделения в н.п. Метрада Службы в н.п. Хунзах слышал разговор между Мясниковым и Саадуевым, при этом отрицал употребление оскорбительных выражений в адрес Мясникова со стороны Саадуева в ходе их разговора в указанном кабинете, тем самым умышлено дал заведомо ложные показания. На стр. 6 в абзаце втором обжалуемого приговора суд указал, что суд считает доказанным, что: «Алихмаев не имея возможности слышать разговор Мясникова и Саадуева из-за закрытой двери, в судебном заседании от 29 июня 2010 г. дал показания о том, что дверь не была закрыта и он, находясь за ней в коридоре, слышал данный разговор, при этом оскорбительных высказываний с чьей либо стороны не слышал, то есть фактически Алихмаев свидетельствовал на стороне защиты о том, что Саадуев полковника Мясникова не оскорблял, то есть дал заведомо ложные показания в суде. Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 273 УПК РФ судебное следствие начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения. Председательствующий опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он или его защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению. Отвечая на вопрос председательствующего о том, понятно ли Мне предъявленное обвинение и признаю ли я себя виновным, я ответил, что сущность предъявленного обвинения мне понятно и виновным себя я не признает. При этом, настоящим заявляю о том, что говоря о том, что сущность предъявленного мне обвинения понятно я исходил из того обвинения по которому я ранее признавался виновным согласно обвинительному заключению. Между тем, из вышеизложенного видно, что Махачкалинский гарнизонный военный суд существенно изменил формулировку первоначально предъявленного мне обвинения, что повлекло за собой нарушение моего права на защиту, так как я защищался от одного обвинения, а суд меня осудил совершенно по другому обвинению. При этом, мотивировочной части обжалуемого приговора обоснование изменения формулировки обвинения отсутствует. 2) Суд прекрасно зная что невозможно доказать мою вину слышал ли я пару оскорбительных фраз и понимая это конце судебного следствия и заседаний отдавая предпочтение стороне обвинения не изменяя статью изменил мне обвинение чего не было предъявлено мне обвинительном заключении. Тогда зачем надо было проводить судебно-медицинские экспертизы состояния моего уха, вызывать врачей и специалистов. Потому что только моя барабанная перепонка ухи может это доказать что я слышал а что нет. Нарушено ли мое право на защиту так как меня обвиняли что я отрицал что слышал оскорбительных фраз а теперь что я не имел возможности их слышать